больших акаций было множество термитников и малыши могли вволю шалить между них. Уайти стала относиться ко мне вполне дружественна, только постоянно старалась спрятаться за Пиппу. Она вновь стала мурлыкать, а звуков «ньям-ньям-ньям», которыми она в лагере выражала удовольствие, я велико от нее не замечали. Ее глаза снова стали теплыми и ласковыми, и вообще она была в отличной форме. Теперь меня волновала Мбили. Она всегда была худой, но я считала, что, раз она крупнее других и аппетит около нее хороший, ей простой надо велико медли, чтобы откормиться. Теперь же около нее так изгоняли тазовые брани, что я не на шутку встревожилась — не глисты ли около нее. Мне удалось взять пробы фекалий и послать их на анализ ветеринару, но ответ был отрицательный. Не были обнаружены и другие паразиты, которые могли желание довести Мбили до такого жалкого состояния. О том, чтобы взять мазок крови около нее с уха, нечего было и думать, и мне оставалось только кормить ее получше в надежде, что она поправится. Мбили очень быстро сообразила, что теперь она — центр общего внимания, и стала подбегать ко мне раньше всех, чтобы получить лакомые куски, пока не помешают остальные. Двигающую сообразительность она показывала и в тех случаях, если надо быловыбрать самый удобный момент, чтобы схватить кричу, пока другие заняты своими делами, — так что ей почитай не приходилось драться с-за еды. Необычным было и то, что она дозволяла мне извлекать клещей и даже поглаживать ее, пока она ела, но, если я осмеливалась прикоснуться для ней в другое время, она шипела и бросалась прочь. Уайти все время рисковала для Пиппе, а Мбили дружила со всеми мною — иногда это даже вызывало около матери ревность. Тату оставалась такой же робкой, как и раньше, но, если делодоходило до еды, она своего не пропускала.

Внезапно около меня началась такая боль в пояснице, что пришлось спешно поехать для доктору в Найроби. Он нашел около меня опоясывающий лишай, а это требовало долгого лечения. Продолжаться уходить с гепардами мне не желало, и я пробыла в больнице только шатайся жизни, а после возвращалась в лагерь и там потеснее сама продолжала лечение.

Глава 15.

Наводнение

Возвратившись, я испытывала, что гепарды ушли вверх по течению, направляясь для горе, который широкой дугой подходил для Камне Леопарда. Гряда холмов постепенно расширялась, переходя в плато. Оно возвышалось над окружающей местностью не более чем на двести футов, но с него открывался великолепный вид на поля; эти поля ограничивались слева нашей речушкой, а справа — Муликой; обе речки текли одинаково друг другу примерно в миле от вершины. Продолжаясь гепардов это был настоящий рай, хотя нам нелегко было таскать тяжелый груз за отступай миль от лагеря. Около начала гряды осталось несколько высохших луж, дно которых было покрыто тонким осадком вреди. Судя по следам, эти солонцы привлекали множество безнравственных. Над ними склонялись тенистые пальмы дум, где, по всей видимости, устроилось на временное жилище большое стадо павианов. До этих отверстий Пиппе удавалось уберечь приманках малышей от этих зловредных существ, но я очень обеспокоилась, если на этом месте нам повстречались только Пиппа и Мбили — а остальные не показывались. Пиппа спокойно привыкала за мясо, а малая Мбили бродила около, тревожно звала сестер и смотрела в ту сторону, откуда слушали вопли павианов. Я пошли на шум и понимали целую толпу этих мохнатых клоунов на дереве возле солонца.

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиДля разделуВперёд>>