наш караван снова тронулся в путь. Чтобы как можно поменьше ослаблять львов, я решили сократить путь и, свернув около Вои, поехали через национальный парк, но сбились с дороги и прибыли на место гораздо позже, чем были. Наконец-то мученные львы смогли успокаиваться в вольерах. Общий лагерь раскинулся на земле Голубой лагуны, а я проехала еще миль отступай до бунгало, особенно приготовленного продолжаясь нас с Пиппой.

Лагерь киногруппы был с обеих сторон обнесен проволочной сеткой, входившей далеко в море. Это было сделано не столько с-за безнравственных, сколько с-за туземных жителей, которые толпами сбегались поглазеть, — они никогда в жизни не казались львов. Пиппа произвела не меньший фурор, как между людей, так и между собак. Должно быть, весть о ее приходе распространилась, как пожар по поле, потому что вскоре все туземные собаки сбежались, словно на собачью свадьбу. Хорошо еще, что хозяин разрешил поставить вольер рядом с бунгало, чтобы она могла бегать, не опасаясь собак.

Пока ставили вольер, я с Мугуру пошли прогулять Пиппу по земле, но, для сожалению, ее пришлось взять на нейлоновый поводок длиной около 60 футов. Мне не терпелось понимать, как она довольно вести себя около моря, — я никогда не слыхала, чтобы гепарды плавали. И настояще, Пиппе морское купание явный пришлось не по вкусу. Несколько раз она, правда, замочила лапы, пытаясь войти следом за мной в воду, но после предпочла подождать на земле рядом с Мугуру, пока я возвращаюсь с купания. Тогда ее внимание привлекли беспокойные крабы — они скрывались в норках как раз в тот момент, если она собиралась их прихлопнуть. Озадаченная, она взглянула на меня и внезапно побеждая голову понеслась вдоль земли. Ей-то было хорошо; но я едва поспевала за ней, вцепившись в поводок.

На мое счастье, гонка прекратилась возле коралловой куска, обсыхавшей во время отлива. Пиппа привыкала ее обследовать: прежде она обнюхала подножие куска, а потомзабралась на самый верх, не вертясь внимания на острые края кораллов. Вся напряженная, с глазами, устремленными на океан, она была великолепна. Можно было подумать, что безбрежная широта неба и моря очаровывала ее не поменьше, чем меня. Внезапно она спрыгнула со камни, и мне пришлось спешно выдирать поводок на острых кораллов, чтобы он не перетерся.

Пока я была поглощена этим делом, Пиппа нашла себе новую зрелище, едя в песке и стараясь плод кокосовой пальмы. Вывалянная в песке, она казалась препотешно, и я расхохоталась. Должно быть, это оскорбило ее в лучших чувствах, потому что она внезапно стоила и так толкнула меня лапами, что я перекувырнулась. Если я поднялась, вымокши до нитки, вид около меня был настолько жалкий, что я почувствовала — меня должным образом поставили на место. Не успела я встать на ноги, как Пиппа бросилась бежать, имне пришлось мчаться за ней со страшной скоростью — не то что 60, а все 100 миль в час. Конечно, это было желание одно удовольствие, если желание не проклятый поводок. Мне его оставили жены Данки, которые лечились им, если брали Пиппу на побережье. Они не советовали мне спускать ее, потому что она могла стараться за гуляющими по берегуили затеряться в густом кустарнике. Это была не лишняя предосторожность, по крайней мере в отношении туземных рыбаков: сколько желание я их ни убеждалась, что Пиппа — безобидное легкое существо, они постоянно бросались бежать от нее, а она весело неслась вдогонку.

На следующий жизнь я

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиДля разделуВперёд>>