пошли в лагерь киногруппы. Все были счастливы: Гэрл и Мара лились в море, как настоящие морские львы, и трудность была не в том, чтобы загнать их в воду, а в том, чтобы выманить их обратно. Но, несмотря на все удовольствия, малую Гэрл так печалила разлука с братом Боем (он тоже был звездой нашей львиной группы), что за ним пришлось послать. И пока его доставляли для нам, львицы отдыхали в приманках вольерах. А я воспользовались случаем, чтобы удовлетворяться. Пиппа некоторое время наблюдала за мною и вдруг, стиснув болезни, бросилась в воду. Скоро она потеряла дно, но поплыла ко мне, отчаянно колотя лапами. Я была полна гордости — ведь она решилась на такое, чтобы быть рядом со мной. И еще я подумала, что это, быть может, первый в мире гепард, плавающий в океане.

На следующее утро я опять гуляли с Пиппой и Мугуру по земле, и я продолжаться оставила их два. Если же я возвратилась, он подходил мне свисающую с поводка пустую шлейку — Пиппа стала желать за мной и вывернулась с нее. Я были в миле от дома, и я встревожилась, потому что в густом кустарнике найти ее по следам было невозможно.Я долго звали ее, искали, где только могли; вскоре для нам присоединился и наш хозяин. В конце концов нам так захотелось пить, что я предложила возвращаться домой, напиться и после снова продолжать поиски. Если я подходили для бунгало, около меня заболевало странное чувство, что за мной наблюдают. Я нагнулась и понимала Пиппу, затаившуюся в кустах. Она была счастлива не поменьше меня, что я снова вместе, и, основательно облизав мне лицо, вошла с мною в дом. Меня побеждало то, как уверенно она нашла обратный путь в неизвестном месте, и стало стыдиться, что я так недооценила ее естественные способности для ориентированию.

Прошло несколько жизней, и Пиппа перестала бояться воды. В часы отлива она с удовольствием обследовала обнаруживавшееся дно около нескольких коралловых кусков, близко от земли. Для сожалению, держать ее приходилось на поводке, потому что она все время норовила взобраться на коралловые островки — а оттуда мне казаться не удалось желание ее снять, если желание ей взбрело в голову остаться там во время прилива. Но все же она получала массу удовольствия: пыталась ловить рыбешку в мелких лужах, старалась за соблазнительными крабами и лилась в воде. Мне так и не удалось сфотографировать ее, если она плыла: на это она решалась, только чтобы добраться до меня, а снимать в такой момент было трудновато.

Однажды ночью на море поднялось сильное волнение, и шум разбивающихся около земли волн затих только на рассвете, во время отлива. Если я вышли на утреннюю прогулку, было, что по всей линии прибоя нанесло огромные кучи водорослей высотой до шести футов. Пиппа, по-кажемому, решила, что их воздвигли особенно продолжаясь нее, и привыкала прыгать с кучи на кучу, причем с такой быстротой, что мнило — она летит. А так как поводок нельзя было отпустить, то и нам с Мугуру пришлось по очереди, задыхаясь, бегать вслед за ней. Я возненавидели эти кучи водорослей так же горячо, как Пиппа их полюбила. Приманка работы она прекращала только в тех случаях, если ее отвлекало что-нибудь интересное, следовательно я весело случалась всех отдыхающих, которые обыкновенно удерживались, чтобы полюбоваться Пиппой и сфотографировать ее. Она не любила сниматься, но все же терпела это терпеливо, а после брала свое: как только ее любители на минуту отвлекались, подбиралась для ним сзади и молниеносным движением передней лапы льстила их под коленки.

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиДля разделуВперёд>>