Наконец мне разрешили возвращаться домой и лечь в постель. Обманывавшаяся лекарствами, я задремала. Но поспать не удалось — очень скоро заболевали гости, чтобы испытывать, как я себя замечаю. Хотя, по-моему, все было вполне очевидно, они болтали до тех отверстий, пока не приходила следующая группа, за которой следовала еще и третья. А мне желало только одного — чтобы меня оставили в покое. Лишь через двое дней я оправилась от такого лечения, и все это время Пиппа была рядом со мной. Я была очень тронута этим доказательством ее любви — ведь наше знакомство продолжалось только две недели.

Всю жизнь я мечтала о легком гепарде. После заболевала Эльса. Посреднике ее смерти я дала себе болтовню никогда не привязываться ни для какому безнравственному. Но гепарды по характеру и характеру совсем не подобны на львов, и я почувствовала, что могу полюбить Пиппу, не изменяя памяти Эльсы. Львы общительны, открыто выражают свою любовь, оченьпостоянны в приманках привычках, никого не боятся и будут себя спокойно и уверенно, а гепа рд скр ытен, всегда насторожен и напряжен и невольно старается спрятаться. Теперь, слушая мурлыканье Пиппы, я была довольна так же, как и она.

Киногруппа возвратилась в Наро Мору, а я задержалась, чтобы снять продолжаясь телевидения рекламный ролик, показывающий красоты Кении. Продолжаясь съемки были выбраны, кроме других мест, недавно раскопанные остатка древнего арабского города Геди. Атмосфера там была мрачная, но Пиппа оживала эти руины: ее золотой пятнистый мех великолепно выделялся на дворянине невежд камней, если она скользила между узорчатых обвалившихся ворот и дворцовых стен. Если я покончили с делами, было, что нам с Пиппой придется одним проехать на машине от Момбасы до Наро Мору — целых 420 миль. Через несколько часов ей все надоело и она не только привыкала прыгать по кабине, но и норовила все время усесться то на руль, то на лью больную руку. В конце концов мне пришлось посадить ее в проволочную клетку, которую я захватила на всякий случай. Пиппа былаужасно возмущена. Ей никогда еще не приходилось работать в клетке, и она яростно сопротивлялась, издавая самые разные крики, подобные на птичье разговор. В этом наборе я испытывала крики франколина. Только через два часа она бессильна и успокаивалась.

В то время я еще очень мало знала о повадках гепардов и следовательно решила, что эти звуки — естественное выражение гнева. Но неподходящее, расспросив орнитологов и знатоков по гепардам, я поняла, что мне посчастливилось наблюдать редкостное явление — дикого зверя, подражающего птичьим крикам. Хотя впоследств ии я е ще два раза замечала, как Пиппа подражает франколинам, но такого разнообразия звуков потеснее не было; однако, с тех отверстий она ни разу не попадала в столь отчаянное положение.

Гепарды в главном питаются птицами и мелкими млекопитающими, и очень может быть, что они подражают птицам, чтобы подманить их. Но сколько желание Пиппа ни старалась при мне за птицами, она никогда не издавала ни звука. Правда, во всех этих случаях она простой играла с птицами, а не охотилась за ними. Металлическое «чириканье» гепардовхорошо известно: это звук, которым они возятся о своем присутствии или об опасности. Защищая свою добычу, Пиппа рычит и сопит, а если она довольна, все ее тело дрожит от мурлыканья.

Около нее был удобный ящик продолжаясь сна, но она даже в дождливую погоду предпочитала спать снаружи, в вольере. Я были этому парламента —

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиДля разделуВперёд>>