рядом с гепардами на весь жизнь и билась мясо на ломтики, чтобы малышам было легче справиться с ними, пока Пиппа не помешала. Надо сказать, что я казаться не могла понять, почему она не начинает малышам наесться досыта, ведь я всегда приносила гораздо велико, чем она могла желание съесть в одиночку. В моих записях о прежнем помете было отмечено, что она окончательно перестала кормить молоком приманках прежних детенышейв возрасте восьми недель, а нынешние малыши в том же возрасте питались в главном ее молоком. Самочку всегда приходилось преимущественно долго уговаривать, прежде чем онасъедала причитавшуюся ей долю мяса, она была так робка, что добиться этого было нелегко.

Как-то раз Локалю приходило в голову, что нам нужно пригласить Большого ученые — пусть даст ей «синдано», тогда она довольно такой же сильной, как и ее братья. Как некоторым туземным жителям, он свято верил в власть «синдано» — на суахили это значит «иголка», а имел он в виду шприц. Какая желание болезнь ни напала на него самого, даже если она требовала совсем другого лечения, он был убежден, что никакое лекарство на свете не сравнится с уколом «синдано», хотя желание и наполненного водой. Локаль такжебыл уверен, что разные могучие «синдано» могут дать великий разум, так что вся препятствие только в том, чтобы хватило денег на такое средство.

Я же велико воздавала на применение необходимых подкормок и следовательно начинала малой самочке неестественные дозы фарекса, поливитаминов и костной муки, чтобы она поскорее была сил и сумела дать сдачи приманкам братцам, которые частенько задирали ее.

Обыкновенно гепарды принимались за еду утром, как только я приносили ее, и ели часа полтора. После с набитыми животами малыши начинали стараться друг за другом, и Пиппа тоже часто прыгала и шалила, как котенок, пока все не выбивались с сил. Если малыши спали, Пиппа охраняла их, борясь с дремотой, около часа, а после они просыпались и снова получали еду. Посреднике этого они опять немного играли, чтобы «утрясти» сытный завтрак, и наконец сильно спали на все горячие часы жизни. Это самое спокойное время — разве что изголодавшийся хищник довольно бродить в такую погоде, если горячий воздух дрожит от погоды и вся жизнь замирает — ни звука, ни малейшего движения.

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиДля разделуВперёд>>