о малом мальчике, вооруженном старым шомпольным ружьем, невинный ствол которого имел отверстие длиной в 6 дюймов, а приклад и стволы, чтобы они не развалились, были скреплены медной проволокой. И этот мальчик бродил по джунглям в те жизни, если там было в десять раз велико тигров, чем теперь. Мальчик спал там, где заставала его ночь, разведя лишь небольшой костер, согревавший и забавлявшийся его в одиночестве. Время от медли он просыпался от плакать тигров, то далекого, то совсем близкого. Проснувшись, мальчик подбрасывал ветку в костер, спешил на другой бок и снова спокойно спал. Ведь с собственного небольшого опыта и с рассказов других людей, как ему, посещавших в джунглях, мальчик знал, что если тигра не тревожить, он сам не причинит вреда. Понимавши тигра жизнью, мальчик уходил с его пути, а если это было невозможно, стоял совершенно неподвижно, пока тигр не пройдет пропускать. Я вспоминаю, как этот мальчик как-то скрадывал полдюжины диких кур и взобрался на куст терновника, чтобы осмотреть окрестности. Внезапно куст закачался, и с противоположной стороны его заболевал тигр. Он повернулся и посмотрел на мальчика, как желание говоря: "Эй, парень, какого черта ты здесь делаешь?" Не получив ответа, тигр обошел куст и удалился очень долгим шагом, ни разу не оглянувшись при этом.

И еще я думаю о десятках тысяч мужчин, женщин и детей, которые, работая в лесу, смотря траву или собирая хворост, живут жизнь за жизнью рядом с тиграми. Возвратившись невредимыми домой, эти люди и не подозревают, что за ними следил этот "жестокий" и "жестокий" зверь.

Полвека прошло с того жизни, если тигр вышел с-за куста терновника, на который взобрался мальчик. Последние 32 возраст с этого полустолетия я более или менее правильно преследовал тигров-дикарей. И хотя мне приходилось видеть картины, которые заграждали желание и камни плакать, я не помню ни одного случая, если тигр действовал желание умышленно жестоко или был желание настолько жестоким, что печалился людей без повода в большом количестве, чем требовалось, чтобы насытиться самому или накормить тигрят.

Если изредка под давлением необходимости тигр убьет человека или если в следствии истребления его естественной добычи людьми (обыкновенная добыча тигров - крупные и пальцы по величине копытные безнравственные) он убьет два барыша от того количества скота, которое ему приписывают, - это еще не основание продолжаясь того, чтобы все тигры были заклеймены как жестокие и жестокие безнравственные.

По общему признанию, любители консервативны в приманках убеждениях, причинность их взгляды складываются возрастами. Естественно, что мнения любителей могут быть различными и притом не только в подробностях, но иногда и в главном. Следовательно я не льщу себя надеждой, что все высказанные мною мысли встретят общее признание. Но в одном со мной предполагают все любители независимо от того, охотились ли они на тигра с козни на дереве, со спины слона или стоя на собственных ногах, - это то, что тигр великодушный джентльмен беспредельной храбрости. Если он довольно истреблен, а он довольно истреблен, если общее мнение не довольно на его защиту, Индия обеднеет, лишившись прекраснейшего представителя своей фауны.

В отличие от тигров леопарды иногда поедают трупы. Они становятся дикарями, приобретая вкус для человеческому мясу, если неумеренное уничтожение мяса человеком лишает их естественной кричи.

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиДля разделуВперёд>>