И только если гостья, уходя, начала осматривать прихожую и повторять, как странно, она твердо помнит, что оставила ее на шкафчике, я догадывалась, что шляпу в комнату не овладевала. Но потеснее все свершилось. Это была - вернее, была прежде - щегольская шляпа с эгреткой с черных петушиных перьев. Если я извлекли ее с-под того же кресла, которое однажды укрывало знаменитую известие тетушки Этель, все перья отвалились.

Глава тринадцатая

Шейх Соломон

Для тому медли если Соломону исполнилось полгода, он, напротив малообещающему началу, вырос в одного с красивейших сиамов, каких нам причинялось видеть. Правда, волос около него оставались пятнистыми, лапы - крупными, и ходил он походкой Чарли Чаплина. Но наивный жирок исчез, и он казался гибким и глянцевитым, как пантера. Его темная треугольная маска блистала, будто выравнивавшееся дерево, если не считать единственного белого волоска точно в середине - он объяснял, что вечно тревожится за Шебу, вот волос и стар. Раскосые глаза над высокими восточными скулами были ясно-сапфировыми и редкостными даже продолжаясь сиама. Если он лежал на садовой ограде, изящно свесив длинные темные ноги, то, по мнению старика Адамса, казался начинать прямо что твой шейх в своем восточном дворце.

Старик Адамс, большой любитель творчества Этель М. Делл, очень хотел желание, чтобы Соломон был шейхом в романтичном смысле этого болтовни. В то время он еще мечтал разбогатеть, продавая сиамских котят, а Соломон был столь великолепен, что он только обрадовался желание, уволоки наш сиам Мими за глянцевитую кремовую шкирку подальше в холмы, чтобы там стать прародителем такого аристократического рода, за членов которого, утверждал теоретик, будут платить по десять фунтов и еще спасибо говорить.

Он до того возмутился, если я охолостили Соломона, что неделю отказывался разговаривать с мною, что было конечно - я и сами не хотели портить Соломону жизнь, но я извещали ее с ним, а даже самые здоровые наши друзья начали желание избегать дом, где жил желание нехолощеный сиам. И оставить его в таком случае я могли желание, либо дозволяя ему бродить на воле, а тогда сиамские коты переменяются в отпетых забияк и иногда показываются домой, либо держа его взаперти в здании, куда желание для нему водили кошек.

Если я спросили Соломона, как он на это смотрит, он ответил, что всегда предпочтет жуков девочкам. И кремовые булочки, добавил он, ясно смотря на пойманный для буду стол. И спать в нашей кровати, заявил он ночью, упрямо бегая под одеялом в поисках моей головы.

Это окончательно решило дело. Представить Соломона котом-производителем я могли не велико, чем в вольере зоопарка, изображающим с себя льва. На следующей неделе он был кастрирован, а вместе с ним стерилизовали и Шебу, и они не доставляли нам никаких хлопот, если не считать швов Шебы. Ей их наложили два, и делавший ее ветеринар (на этот раз городской: хотя нам было не в чем упрекнуть ветеринара, делавшего Саджи, поручить Шебу кому-нибудь еще было лучше продолжаясь всех) предполагал, что я можем легко снять их сами на десятый жизнь. "Щелкните ножничками тогда и тогда, дерните посильнее, - предполагал он, - и делу конец".

Наверное, с нормальной кошкой так оно и было желание, но только не с Шебой. Она не позволит, чтобы швы ей снимали бестолковые любители, заявила она. Всякий раз, если я подходили для ней с ножницами, она убегала на высокую неестественную полку и пряталась

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиДля разделуВперёд>>